Давай-ка лучше свяжем ее.

Мускулистая рука обхватила Сару за шею, и в ее глазах запрыгали черные точки, а затем все поплыло, как в тумане. Ей заломили руки за спину, и веревки больно врезались в нежную кожу. Сара стала терять сознание, успев подумать о неминуемой смерти, и через миг все потонуло во мраке.

Очнувшись, Сара поняла, что ее куда-то тащат. Рот у нее был заткнут грязной зловонной тряпкой, а руки по-прежнему стягивали веревки. Сара сделала слабую попытку пошевелиться.

— Гляди-ка, она все еще кочевряжится, — хмыкнул один из бандитов, и тут же на голову Сары обрушился кулак. Она снова лишилась чувств.

Когда же сознание вернулось во второй раз, голова у нее раскалывалась от боли, а все тело ломило от того, что она лежала на чем-то очень жестком. Сара услышала, как цокают копыта по мостовой. Ее слегка тряхнуло — видимо, колесо попало в выбоину. Сара поняла, что лежит в повозке без верха — в вышине слабо мерцали редкие звезды.

Следующим ее открытием было то, что она находилась в повозке не одна. С обеих сторон от нее неподвижно лежали люди. Сара перевернулась с боку на бок и выяснила, что ее окружают девушки, связанные и с кляпами во рту, как и она.

Хотя нет, не все они были в таком беспомощном состоянии. Рядом кто-то пьяно напевал песенку, и Сара приподняла голову, чтобы лучше видеть. Было достаточно светло, чтобы разглядеть трех женщин, которые сидели в передней части повозки, свесив ноги и вяло покачиваясь.

Они передавали друг другу фляжку со спиртным, отхлебывали из нее по очереди и пели нестройными, дребезжащими голосами. Их песня была настолько непристойной, что Сара старалась не прислушиваться к словам.

Их окружал настоящий смрад: тошнотворная смесь блевотины, перегара, мочи, пота и резкого приторного запаха дешевых духов. Что это за женщины? А главное, что все это означает? Куда их везут? И зачем?

Легкий ветерок принес соленый запах моря и просмоленных канатов. Они подъезжали к порту, видимо, к лондонским докам, где ежедневно бросало якорь множество судов.