Флетчер еще раз обвел взором неприветливые холмы, унылое серое небо и вдруг почувствовал неодолимое желание поскорее вернуться в Англию или очутиться где угодно, только подальше от этих пустынных шотландских земель. Время здесь словно остановилось, и люди убивают друг друга точно так же, как это делали их предки три столетия назад. Теперь они умирают, ибо безрассудно встали на сторону принца Чарльза, внука Якова Второго, или, как его любовно называют, Чарли Великолепного.

Преемник Стюартов, лишившихся власти в семнадцатом веке, он пытается с помощью шотландских якобитов положить конец правящей в Англии Ганноверской династии.

Тоскливые звуки волынки, все еще доносившиеся из дома, заставили Флетчера вспомнить очаровательное детское личико. «Что ожидает в жизни эту девчушку? — думал он. — И почему ее лицо, в которое я смотрел всего несколько мгновений, врезалось мне в память?» Причем, как он чувствовал, навсегда…

— Скорее, скорее, ради Бога! — торопила Сабрина свою тетушку. — Мы должны немедленно уехать отсюда!

— Но где же Ричард? Он должен быть здесь! — невозмутимо возразила та, аккуратно свертывая тонкий кружевной платочек. — Боже мой, я так не люблю спешки!

— Пожалуйста, тетушка Маргарет, поторопитесь хотя бы сейчас! — умоляла Сабрина пожилую даму, которая бережно и не спеша упаковывала свои вещи. Шляпка с кружевами прикрывала ее черные, чуть тронутые сединой волосы.

Тетушка Маргарет улыбнулась Сабрине одними глазами — голубыми, чуть сонными и придававшими особое благодушие ее мягкому, доброму лицу. Но та лишь раздраженно пожала плечами.