Но тогда Высокий Совет зверей наверняка забьет тревогу. Там ведь знают, что кот поселился у меня. А зверье одолеть гораздо труднее, чем гномов, кобольдов и прочий сброд, не говоря уж о людях. С людьми почти никогда не возникает осложнений. А вот кабана или кузнечика вы никогда не пытались загипнотизировать? Безнадежное дело! И если все звери на земле, большие и маленькие, однажды вздумают объединиться и пойдут на нас войной -тут не спасет никакое колдовство. А значит, необходима крайняя осторожность. Пожалуйста, разъясните это Его Адскому Превосходительству, вашему глубокоуважаемому шефу... Господин Трупп взял с кресла свой черный портфель, затем снова обернулся к колдуну.

-- В мои служебные обязанности не входит посредничество при передаче каких-либо разъяснений.

-- Что вы хотите сказать? -- закричал Бредовред. -- Его Превосходительство должен понять меня, ведь это в его же интересах! В конце концов, я не могу наколдовать... Нет, то есть... Колдовать-то я умею, конечно, но существуют известные пределы и прежде всего временные. Я тоже не живу вне времени. Да к чему вообще вся эта немыслимая спешка? Мир все равно скоро погибнет, ведь он идет кратчайшей дорогой прямиком к гибели! Неужели два или три года здесь что-то значат?

Что я хочу сказать? -- Трупп с ледяной вежливостью стал отвечать на заданный Бредовредом конкретный вопрос. -- Хочу сказать, что я вас предостерег. Я приду снова ровно в полночь, с наступлением Нового года. Такое я получил задание. Если до полуночи вы не совершите того количества злодеяний, которое предусмотрено договором...

-- Что тогда?

-- Тогда вы, господин советник, понесете наказание за содеянное должностное преступление. Желаю веселой встречи Нового года!

-- Подождите! -- крикнул колдун. Только одно слово, господин Струп, э-э... господин Трупп, прошу вас!

Но гость уже исчез.

Колдун устало опустился в кресло, снял тяжелые очки и закрыл лицо руками. Если б колдуны умели плакать, он бы сейчас разревелся. Но из глаз Вельзевула выкатились лишь две сухие крупинки соли.