– Ваш лэрд путешествует с большими припасами, – пробормотала она.
– Этот хлеб дали нам две сестры, которым очень нравится наш Грегор, – пояснил Саймон. – Девушки нашего Грегора обожают. – Саймон покачал головой. – Знаешь, у него есть два внебрачных сына. Мужчины обычно не отказывают себе в удовольствиях, но мне это не нравится. На детях, которые рождаются вне брака, это сильно отражается. Клеймо на них остается на всю жизнь. К ним относятся с презрением, как и к женщинам, которые их родили.
Фиона кивнула:
– Это верно. У моего брата пятеро внебрачных детей, хотя, может быть, он не всем им является отцом. Но женщины, которые оставили младенцев на пороге его дома, заявили, что он их отец, и брат их принял. Ему, кстати, очень повезло, потому что его жена тоже их приняла.
– Это здорово. Моя мать нашла себе мужа, но он не захотел, чтобы я с ними жил, и Эван взял меня к себе. Я был тогда еще совсем маленьким, годика три, не больше, и толку от меня не было никакого. Только лишний рот. Если бы он меня не приютил, я бы сейчас землю пахал или разводил скот, чтобы заработать хоть какие-то деньги. А вместо этого меня учат сражаться, чтобы из меня получился настоящий воин.
Фиона согласно кивнула, изо всех сил пытаясь скрыть свои истинные чувства: в глубине души она испытывала к парню сильную жалость. Бедный Саймон! Несчастный мальчик, выросший без отца и брошенный на произвол судьбы родной матерью. Впрочем, он прав: жизнь у него сложилась лучше, чем могла бы. Наверняка его сводные братья и остальные члены клана приняли его и даже любят по-своему. В душе его, быть может, остались шрамы, но, видимо, неглубокие, поскольку он милый, скромный парнишка. Саймон выжил и продолжает жить, а это в конце концов самое главное.
От мыслей о грустном детстве Саймона ее отвлекли мужчины.