— Даже если ты не склонен к супружеству, — сказал Перри другу, — мы подыщем тебе кого-нибудь, кто бы привлек твое внимание.

— Сомневаюсь, что тебе это удастся, — мрачно заявил герцог. — Я прихожу к убеждению, что все женщины одинаковы, к какому бы обществу они ни принадлежали.

Он встал и подошел к столу. Наполняя свой бокал, герцог сказал с усмешкой:

— Если ты находишь Молли расточительной, ты представить себе не можешь, сколько приходится тратить мне.

— Что ж, ты можешь себе это позволить, — со вздохом сказал Перри.

— Да, но, скажу тебе, дружище, неприятно сознавать, что женщины видят в тебе всего лишь рог изобилия, осыпающий их подарками.

Герцог произнес это с горечью, а Перри засмеялся.

— Помню, мой старый дядюшка как-то сказал мне:

«В моем возрасте радости жизни не даются даром!» Перефразируя его, я могу сказать, что в твоем положении ты не можешь рассчитывать на бескорыстную привязанность.

Герцог на это ничего не ответил, и Перри продолжал:

— Перестань рассуждать как идеалист, ожидающий, что тебя полюбят за твои личные достоинства. Принимай все, чем одарила тебя судьба, и будь ей благодарен. Между прочим, если бы кто-нибудь из наших , услышал этот разговор, он не поверил бы своим ушам.

Герцог рассмеялся.

— Если тебе это доставит удовольствие, Перри, я признаю, что ты прав, — улыбнулся Элстон. — Но мы что-то с тобой заболтались. Пойдем, наверное, все уже собрались.

Он посмотрел на массивные часы, стоящие на мраморной каминной полке. Было без четверти восемь.

— Почему бы нам куда-нибудь не поехать после ужина? — предложил Перри. — Сегодня во многих дворцах дают приемы, куда нас всех приглашали. А может быть, ты предпочитаешь поехать в оперетту к последнему акту?

— Я уже был три раза, — ответил герцог.