— Прислушиваться к голосу разума нелегко, — негромко сказал Пейтон. — Значит, за ней нужен глаз да глаз. Ну, сейчас по крайней мере она в безопасности, поскольку ее муж уверен, что она погибла. Но нельзя допустить, чтобы она действовала под влиянием чувств. Это может привести к непредсказуемым последствиям.

— Но может и пригодиться. Поможет призвать негодяя к ответу.

— Верно, но лишь в том случае, если польза для нашего дела будет неоспорима, жизненно важна. Ведь она законная жена сэра Родерика. Стоит ему узнать, что она жива, он заберет ее к себе, и никто не сможет ему помешать. Он скажет, что она просто капризничает и на ее слова не следует обращать внимания. Как ни прискорбно, но тот факт, что она обратилась за помощью именно ко мне, лишь осложнит ситуацию. Сэру Родерику нетрудно будет изобразить оскорбленного мужа, которого опозорила неверная жена, или придумать еще что-нибудь в этом роде.

— Да, конечно. — Йен Сильный потер лоб рукой, затем зевнул. — Нелегкая выдалась ночка. Вы мне скажите, что собираетесь предпринять перво-наперво, и я пойду спать. — Он нахмурился. — Да. Спать, но без моей женушки. Я знаю, детишкам она сейчас очень нужна, но, надеюсь, со временем она вернется ко мне.

Пейтон улыбнулся:

— Извини, дружище. Надеюсь, дети скоро почувствуют себя здесь в безопасности — насколько вообще можно говорить о безопасности, пока жив этот негодяй. А что до моих планов, то прежде всего я постараюсь очернить сэра Родерика при каждом удобном случае, как это делала Кирсти. Тут шепну, там намекну. Я также немедленно приступлю и к поискам доказательств, которые нам необходимы для того, чтобы уничтожить это чудовище. Распространяя слухи и вызывая подозрения, я смогу привлечь к этому гаду внимание многих людей. Так мне удастся лишить его новых жертв и заставить почувствовать всю тяжесть этих подозрений, а может быть, даже и свою обреченность.