– Лорд Холден велел помощнику забрать весь домашний скарб, – продолжала Мэгги. – И приказал сжечь все прямо во дворе, а меня выгнать вон.

Хелен вспыхнула; она была крайне возмущена. Конечно, лорд имел право на посмертный налог, но отобрать все имущество, а затем сжечь его – как это жестоко!

– Стивен сделал это сам? Мэгги тяжко вздохнула.

– Да. Ведь он преданный слуга. Все время извинялся, но не посмел ослушаться своего господина.

Хелен молча покачала головой и засунула в мяч последнюю пригоршню перьев – теперь оставалось лишь зашить отверстие. «Да, разумеется, – думала девушка, – Стивен ни в чем не виноват, он лишь исполнял повеление лорда Холдена».

– Мать Стивена умерла бы от горя, если бы видела, что творит ее сын.

Хелен вопросительно взглянула на собеседницу,

– Мы с ней дружили, когда она жила в деревне, – пояснила Мэгги. – О… это разбило бы ее сердце…

– Она умерла? – вежливо поинтересовалась Хелен; она понимала, что следует направить беседу в другое русло и дать женщине возможность немного успокоиться. Если разговор о матери Стивена отвлечет ее от невеселых воспоминаний, то почему бы не пойти Мэгги навстречу?

– Нет-нет, она жива. Но когда Стивен стал смотрителем замка и ему пришлось исполнять приказы лорда Холдена… она не могла этого вынести и покинула деревню. Многие считают, что бедная женщина умерла, но я думаю, она живет где-то на границе ваших владений. Стивена не раз видели скачущим на лошади в том направлении. Думаю, он навещает ее, – добавила Мэгги. – И мне кажется, что он поехал к матери, после того как сжег мое имущество.

Хелен с сочувствием посмотрела на пожилую женщину.

– Поэтому ты и пришла в Тирни? – спросила она.

– Да, поэтому, – сказала Мэгги. – У меня здесь дочь. Она вышла замуж за владельца таверны десять лет назад.

Хелен кивнула. Она хорошо знала этого человека и его жену.

– Они предложили мне жить у них, но им нужно сначала получить ваше дозволение, – продолжала Мэгги. – Вы ведь позволите?..