— Да, сэр.

Тележку подкатили к указанному месту, и с нее сняли корзину.

О'Рейли дотронулся до ее верха.

— Черт возьми, большое спасибо, — в растерянности проговорил юноша и отошел в сторону, явно не зная, что ему делать дальше. Во мне вспыхнула искра веселья.

— Вы должны сделать что-то еще? — спросил я, направляясь к нему.

— Нет, сэр. Хотя… Не желаете ли вы, чтобы я открыл вам корзину?

— Почему бы и нет? Посмотрим, что шлет мне мисс Слейд!

— Сэр, — одинаково забеспокоились О'Рейли и Питерсон, — но я движением руки умерил их служебное рвение.

— Если в этой корзине бомба, — весомо сказал я, — то нашего юного друга разнесет в клочья вместе с нами. — Вы давно знаете мисс Слейд? — спросил я юношу.

— Не встречался с ней ни разу в жизни, сэр, — объявил тот и густо покраснел, поднимая крышку.

Он оказался отъявленнейшим из всех лгунов, с которыми мне приходилось встречаться.

В корзине было много полосок из зеленой бумаги, и в этом подобии травы виднелись банка икры и бутылка «Вев Поммери» разлива 1915 года.

— Восхитительно! — воскликнул я. — У мисс Слейд превосходный вкус!

Импровизированная трава зашевелилась, и когда юноша бросился вперед, чтобы убрать икру и шампанское, бумажные полоски стали подниматься с неумолимостью каравая хлеба, выпекаемого в печи.

— Берегитесь! — крикнул Питерсон, хватаясь за револьвер.

— Не стреляйте! — завопил юноша, чьи глаза округлились от страха при виде кобуры на поясе Питерсона.

Я стоял, прислонившись к облицовке камина, и О'Рейли представилась возможность проявить свою обычную расторопность. Он бросился вперед и вырвал всю бумагу из корзины.

— Ой! — послышалось из корзины. — У меня онемела нога.

Она осторожно встала, держась за плетеные бока корзины, и всмотрелась в мое лицо через пряди растрепанных волос.