Подобное уже случалось с полковником ранее, потому ему не составило труда быстро отклониться. туфелька приземлилась на верх застекленного шкафчика, едва не сбив вазу прекрасного дрезденского фарфора.

Принцесса лежала на кушетке. Теперь ей удалось немного успокоиться:

— Вы можете передать ее королевскому величеству, что я не согласна ехать в Грецию. И не хочу об этом ничего больше слышать!

Полковник Бассет вздохнул:

— Боюсь, ваше королевское высочество, что вы не вправе игнорировать распоряжения королевы.

— Почему нет? — с вызовом спросила принцесса. — Предполагается, что мы живем в свободной стране.

Полковник Бассет ничего не ответил, и после паузы она продолжала:

— В свободной! Конечно, в свободной. Но только не для меня, отпрыска королевской крови, но без трона. Здесь просто никто не желает меня слушать!

И это полковнику уже приходилось слышать, но он промолчал.

Вдруг неожиданно открылась дверь и послышался голос:

— Кто-нибудь дома?

Принцесса встала с кушетки.

— Холден! — воскликнула она. — Слава Богу, ты пришел. Как ты думаешь, что произошло?

Принц Холден прошел в глубь комнаты, поздоровался с полковником и вернулся к принцессе.

Это был красивый, широкоплечий молодой человек с чертами лица германского типа.

— Я слышал твой возмущенный голос, — сказал принц, — и подумал, что что-то случилось.

— Случилось! — отозвалась принцесса. — О, Холден, Холден, что мне делать?

Принц поднес руку принцессы к губам.

— Ты только расстраиваешь себя, — сказал он. — Однако мы договорились, что я возьму на себя заботы о всех твоих невзгодах. А ты не будешь волноваться.

— Волноваться? — воскликнула принцесса. — Конечно, это не могло не расстроить меня! Ты слышал, чего от меня требует эта старая виндзорская ведьма?

Принц Холден повернулся к полковнику Бассету.

— Что случилось? — спросил он.