— Все остальные ждут нас пить чай на крыше, мистер Райерсон?

— Да. Если вы и в самом деле не против, я оставлю Джейн здесь и присоединюсь к ним, пока вы одеваетесь.

— Вы не могли бы задержаться на минуту? Вот… — Она повернулась спиной к Джеку. — Могу я попросить вас застегнуть мне пуговицы сзади?

Он снова откашлялся, и Тринити порадовалась, что не видит его лица. Покраснел ли он? Или, что вероятнее, смущен и задет тем, что она позволяет ему дотрагиваться до себя, будучи полуодетой? Она и сама была порядком смущена, но если им предстоит через две короткие недели стать мужем и женой, не лучше ли уже с этого времени привыкать к такого рода соприкосновениям? Не рекомендовал ли Рассел Брэддок — опытный брачный агент — именно такой вариант?

«Используйте эти две недели для того, чтобы мало-помалу увеличивать ваши с ним соприкосновения. Не только интеллектуальные, но и физические, — советовал он. — Некоторые из моих невест выходили замуж в тот же день, когда познакомились с женихом. Отнеситесь к этому как к некоей возможности. Если вы с толком воспользуетесь временем, которое он проведет, оценивая разумность инвестиции, первая брачная ночь окажется менее устрашающей».

Тринити чувствовала себя униженной при одной мысли об этой сакраментальной ночи, но вынуждена была признать, что в совете Брэддока есть здравый смысл. Кроме того, под платьем она не голая, и пальцы Джека не прикасаются к обнаженному телу. Белая шелковая сорочка создает определенную, хоть и возбуждающую преграду.

Пальцы Джека начали застегивать крошечные пуговки — их ряд тянулся от воротника платья до талии. Быстрые, уверенные движения убедили Тринити, что Джеку приходилось застегивать платье бесчисленному количеству женщин. Приступ ревности, похожий на тот, что она испытала из-за частых упоминаний о бывшей нареченной Джека, охватил Тринити.