— Вы снова ревнуете? — Прежде чем Тринити успела ответить, Джек сменил поддразнивающий тон и серьезно заверил Тринити:

— Я предпочитаю прямоту, особенно со стороны делового партнера.

Тринити прикусила губу, досадуя на себя, потом подступила на шаг ближе к Джеку и решилась посмотреть ему прямо в глаза.

— Вы сожалеете, что приехали сюда?

— Нет, — негромко проговорил он. — Никоим образом.

— Мне пришло в голову, что я напугала вас своей вспышкой. А ведь я хотела этого меньше всего. Я так отчаянно нуждаюсь в том, чтобы вы остались, мистер Райерсон! Просто скажите, что я должна делать и как себя держать, и я вас послушаюсь. Даю слово.

Некоторое время он, видимо, тщательно обдумывал ее слова, потом положил руки ей на плечи; взгляд его казался твердым и успокаивающим.

— Я ошеломил вас сообщением о лазейке. И разумеется, было непростительной бестактностью распространяться о моей бывшей невесте. Не начать ли нам сначала?

— Я бы предпочла именно это.

— Держитесь со всей доступной вам прямотой. Потенциальные деловые партнеры всегда должны быть максимально искренними и откровенными друг с другом.

— Это верно, — согласилась Тринити, чувствуя, как спадает напряжение. — Я признательна вам, сэр, за ваше терпение.

— Теперь мы уже можем присоединиться к остальным?

— К остальным? О! — Тринити отшатнулась, вся вспыхнув. Пусть и на короткое время, но она совершенно забыла о существовании «остальных» и теперь до смерти боялась, что Джек это заметил. — Конечно, мы должны присоединиться к ним. Идемте.

— После вас.

Джек отступил в сторону, пропуская Тринити в дверь.

Все еще пылающая румянцем смущения, она проплыла мимо него с достоинством и с безразличным видом, потом подобрала юбки и поспешила выйти в холл — от греха подальше.

Глава 4

Джейни еще спала, уютно свернувшись клубочком, когда Тринити поднялась на крышу, овеянную теплом летнего дня.