Признаться, она ждала встречи с Дугласом Фаррелом. Доктор, практиковавший в бедных кварталах вокруг Эрлз-Корта, заинтересовал ее еще в тот день, когда она впервые увидела его в магазинчике миссис Билл. Еще больше ее заинтриговал тот факт, что он купил несколько фунтов мятных и лакричных леденцов – гораздо больше, чем способен съесть один человек. Честити знала по себе, будучи большой сладкоежкой. Конфеты, очевидно, предназначались для детей бедняков, посещавших его приемную в больнице Святой Марии. Такой поступок, близкий ее отзывчивой натуре, так воодушевил Честити, что она с нетерпением ждала прихода доктора на деловое свидание. Но он оказался совсем не таким, каким она его представляла.

Честити подняла вуаль и облегченно вздохнула, когда прохладный воздух коснулся ее разгоряченного лица. Миссис Бидл вроде бы симпатизирует доктору, но вряд ли она хорошо знает всех своих покупателей. Кстати, где он живет? Должно быть, где-нибудь по соседству, раз посещает ее магазинчик. Вполне приличный район, но едва ли подходящий для амбициозного врача, рассчитывающего сделать карьеру на Харли-стрит. Зато близко к Эрлз-Корту, где у него приемная, да и жилье там стоит недорого. А деньги, похоже, – главная забота доктора Фаррела.

Вздохнув, Честити сказала себе, что оценка моральных устоев клиентов не входит в обязанности брачного агентства. В сущности, если посмотреть на дело непредвзято, доктора Фаррела можно упрекнуть разве что в излишней прямолинейности.

Но почему-то признание, что ему нужна богатая и влиятельная жена, которую он мог бы использовать в своих целях, повергло Честити в шок, и даже сейчас она испытывала совершенно необъяснимое разочарование.

Кеб остановился перед впечатляющим фасадом дома номер десять. Расплатившись с возницей, Честити взбежала вверх по ступенькам, ежась под порывами ледяного ветра, налетавшего со стороны сквера, разбитого посередине площади. Дверь распахнулась, прежде чем она добралась до верхней ступеньки.