Ричард, старший сын Изабеллы от первого брака, с Гилбертом де Кларом, искренне любил Гарри, своего единокровного брата, отпрыска второго мужа Изабеллы, брата короля Ричарда Корнуэльского. Хотя оба унаследовали белую кожу и каштановые волосы матери, румяные щеки Ричарда багровели, стоило ему дать волю своей знаменитой вспыльчивости.

— Ричард! — воскликнула Розамонд, целуя его в щеку. — Я и не знала, что ты здесь. Думала, ты сразу отправился в Глостер!

— Я здесь, чтобы доказать свою дружбу Симону. Скоро сюда съедутся рыцари со всего королевства, и имена собравшихся в Кенилуорте будут перечислены королю. Если он поймет, что мы объединились и стоим на своем, то не осмелится творить беззакония.

Сверкающие глаза Розамонд затуманились. Ну почему они не могут жить в мире? Не успели подавить один мятеж, как тут же затевают очередную распрю!

Она задумчиво нахмурилась. Если де Монфор и король снова собирают союзников, что здесь делает наследник престола? Неужели принц Эдуард способен выступить против отца? Немыслимо! А если он и его люди приехали в замок по поручению короля?

И тут Розамонд осознала, что этого не может не понимать и де Монфор. Он слишком умен, чтобы позволить стае надменных волчат перехитрить себя!

Надежды Розамонд разгорелись с новой силой. Если дело дойдет до открытой стычки, Симон и Элеонора вряд ли допустят, чтобы их воспитанница стала женой Роджера де Лейберна, который, разумеется, окажется во вражеском лагере.

Вздохнув с облегчением, в полной уверенности, что свадьбе не бывать, Розамонд положила ладошку на руку кузена Гарри. Они приблизились к высокому столу. Увидев их, де Лейберн с поклоном отодвинул для Розамонд стол, но та проплыла мимо, словно не заметив этого.

Гарри подвел ее к лорду Эдуарду, намереваясь усадить между собой и принцем, но, заметив грозно сдвинутые брови его высочества, немедленно вывернулся:

— Род, надеюсь, ты займешь мое место рядом с Розамонд? Меня зовет Глостер. Смотри, он машет мне!