— Нет, — возразил Гном. — Нам не следует расставаться. Ты должен сделать все, что нужно, прямо здесь, пока мы вместе.

— Еще чего! — воскликнул Кики. — Ты хочешь завладеть моим секретом, но у тебя ничего не выйдет.

Второй орел бешено засверкал глазами, но настаивать Руггедо не решился. Если этот мальчишка рассердится на него, то оставит его навсегда орлом, чего Гному совершенно не хотелось. Рано или поздно он все равно узнает волшебное слово, но пока пускай Кики поступает, как ему нравится.

— Ладно, — хрипло пробормотал он. — Будь по-твоему.

Тотчас же Кики перелетел на другое дерево, так чтобы Руггедо не мог его подслушать, и сказал: «Я хочу, чтобы Гном Руггедо и я превратились в зверей с львиной головой, обезьяньим туловищем, орлиными крыльями и ослиным хвостом с золотым набалдашником на кончике вместо кисточки. Пирцхгшл!»

Он произнес волшебное слово как положено и тотчас же превратился в то самое животное, которое только что описал. Он распростер свои крылья и, убедившись, что они в состоянии переносить по воздуху туловище обезьяны и голову льва, быстро перелетел на дерево, где оставил Руггедо. Гном тоже превратился в диковинное существо и медленно спускался вниз, потому что ветви на этом дереве переплелись так тесно, что не позволяли летать.

8. ПРОИСКИ КРЫЛАТЫХ ЛЬВОБЕЗЬЯН

В то утро в Лесу Гугу разразился скандал. Дикий Кабан Чиппо откусил хвост у Жирафа Арка, когда тот завтракал вкусными листьями с верхушки дерева. Арк ударил что есть силы задними копытами, но досталось не Кабану, а Серой Кенгуру Тирро, у которой в сумке сидел новорожденный детеныш. Тирро знала, что виноват тут Кабан, и поэтому, ударив его изо всех сил, бросилась наутек от его мощных клыков. В начавшейся затем невообразимой кутерьме Кабан наскочил на Дикобраза, который вонзил в него полсотни острейших иголок, а проказница Шимпанзе запустила в голову Дикобраза кокосовым орехом.