И вдруг его словно озарило: в голову пришла мысль, как самому определить свою линию жизни.

Если он женится до того, как приедет в Шотландию, то избавится от необходимости брать в жены против своей воли леди Морэг. И отец ничего не сможет с этим поделать.

Это не было окончательным и полным решением проблемы, но хотя бы избавляло от части уготованных ему неприятностей.

Лорд Алистер почти улыбался при мысли о том, как сделает предложение Олив. Она, разумеется, охотно примет его предложение, поскольку он теперь маркиз, а сам он отплатит отцу его собственной монетой, на вполне законном основании отказавшись выполнить его приказание.

Пружинистой походкой направился он из столовой к себе в спальню, где Чампкинс дожидался его, чтобы помочь надеть сюртук.

Сюртук недавно доставили от Шульца, портного лорда Алистера; сидел он без единой морщинки.

Он был настолько хорош, что Чампкинс произнес с откровенным восхищением:

— Мистер Браммел просто лопнет от зависти, когда увидит вас м'лорд!

— Надеюсь, Чампкинс, — ответил лорд Алистер.

Но тут же вспомнил, как дорого обошелся этот сюртук и как велик его долг портному.

И снова ему ударило в голову, что как наследник своего отца он может спокойно относиться к любому счету.

Но как бунтовщик и изгой он вполне может кончить свои дни в долговой тюрьме.

— Вы собираетесь уходить, м'лорд? — поинтересовался Чампкинс.

Лорд Алистер кивнул, и слуга подал ему цилиндр, трость с золотым набалдашником и перчатки.

Выходя из своей квартиры на Хаф-Мун-стрит, лорд Алистер знал, что выглядит великолепно в новом сюртуке, панталонах в обтяжку цвета шампанского и в начищенных до зеркального блеска высоких сапогах.

Поскольку накануне он не отдал соответствующего приказания, фаэтон, недавно нанятый через посредство каретника, не дожидался его у подъезда.