Именно поэтому он нуждался в спокойном и непритязательном секретаре, который бы два часа в день занимался тем, чтобы отвечать на поток корреспонденции.

Итак, секретарь, улаживающий встречи, дельный слуга и опытный повар, готовящий еду, когда хозяин дома… Жизни лорда Алистера поистине можно было позавидовать.

Не существовало дома в Англии, где его не встречали бы как желанного гостя, и самые лучшие охотничьи и скаковые лошади предоставлялись ему, когда он в них нуждался.

И, возможно, самое важное, что в любом солидном доме, где он гостил, непременно находилась красивая женщина, готовая разделить его одиночество ночью.

— Я знаю, что вы человек небогатый, — сказал ему принц Уэльский несколько недель назад, — но, черт побери, я полагаю, вы живете лучше, чем я!

Лорд Алистер рассмеялся.

— Я думаю, ваше высочество, что найдется немало мужчин, которые охотно поменялись бы с вами.

— А вы? — с нажимом спросил принц.

Лорд Алистер покачал головой:

— Нет, ваше высочество, но ведь я больше, чем кто-либо другой, понимаю, как много тревог и сложностей вам приходится преодолевать и с какими трудностями сталкиваться в вашей частной жизни.

— Совершенно справедливо, и я нахожу все это чрезвычайно неприятным! — огорченно воскликнул принц. — Я завидую вам, Алистер! Понимаете? Я вам завидую.

Лорд Алистер потом посмеивался над этим разговором, но отлично знал, что имел в виду принц. И подумал, как ему, в сущности, повезло, что он свободен, не связан узами брака и, конечно же, не столь эмоционально неустойчив, как его высочество.

Вступая в любую связь — в особенности это проявилось в отношениях с госпожой Фицгерберт, — он доводил себя до эмоционального кризиса похлеще, чем в театральных пьесах.

Он рыдал, колол себя кинжалом, грозился покончить с собой, если предмет его страсти не ответит ему взаимностью.

Лорд Алистер, который знал о тайной женитьбе принца на госпоже Фицгерберт, считал, что тот главным образом тревожится за свое положение наследника трона, если вдруг откроется, что он женился на католичке.