— Не знаю, помнишь ли ты твоего прадеда, — сказал отец, — но он был человеком старой закалки, никогда не менял свои привычки и убеждения.

— Но какое отношение все это имеет ко мне? И к браку? Все решили за меня? Вы никогда не говорили об этом, никто не…

— Лаура, дорогая, — вмешалась мать. — Мне не хочется, чтобы ты думала, будто тебя принуждают к замужеству. Конечно, нет! Надеюсь, ты достаточно хорошо знаешь меня и папу, чтобы заподозрить такое. Мы лишь пытаемся объяснить, что существует… как бы ты назвал это, Стив?

— Соглашение или семейный договор, — невозмутимо произнес он, заметив в глазах жены лукавый блеск.

Лаура перевела взгляд с одного родителя на другого и выпалила, едва не топнув ногой:

— Довольно! Сейчас не время для… — Она замолчала, сделала глубокий вдох и продолжила более спокойным тоном: — Я все еще ничего не понимаю, а вы мне ничего не объяснили!

— Речь идет о некоем соглашении между его дедом и твоим прадедом. Естественно, они верили в старые феодальные…

Увидев мрачное лицо мужа, Джинни едва не расхохоталась.

— Обычаи, — спокойно завершил фразу Стив, глядя на возмущенное лицо Лауры.

— Но, папа, о каком соглашении ты говоришь?

— Насколько я помню, подобное соглашение было заключено относительно твоего папы и этой негодяйки Аны, — елейным голосом произнесла Джинни и ответила на грозную гримасу Стива сладкой улыбкой.

— Я стараюсь сохранять терпение, — выдавила из себя Лаура. На ее лице пылала ярость. — Но должна признаться, что все равно ничего не понимаю. Что значит — жених? И почему мне никогда не говорили об этом соглашении, которое, конечно, не имеет никакой силы? Это вы не станете оспаривать?

— Мы пытаемся объяснить тебе, — миролюбиво произнесла Джинни, — что в этом деле следует соблюсти приличия. Я уверена, что мистеру Челленджеру это соглашение нравится не больше, чем тебе!

— Ты сказала — мистеру Челленджеру? Конечно, речь идет не о Джонни?