Здесь ей явно помочь не могут. Запаниковав, она снова попыталась вырваться из плена, но в очередной раз убедилась, что это бессмысленное занятие.

Внезапно похититель сдернул с головы Эверил кружевной чепчик и погрузил пальцы в ее непокорные кудри. Взгляд девушки метнулся в сторону обидчика. Чеканное лицо мужчины, обрамленное волосами цвета ночи, казалось особенно жестоким. Он буравил ее пронзительным взглядом темных глаз.

Один из светлых локонов, подхваченный ветрам, коснулся его щеки и шеи.

– Тебе не удастся сбежать, – вздрогнув, сказал незнакомец. – Только поранишься, если не прекратишь эти дурацкие попытки.

Каждая клеточка тела Эверил дрожала от изнеможения и страха. Оттянув ото рта повязку, она спросила:

– Ты… ты хочешь у-убить меня?

Лицо похитителя исказилось и стало выглядеть еще более свирепым.

– Если ты умрешь, то не от моего клинка, – загадочно ответил он.

Зажав в своей громадной ладони оба ее запястья, мужчина потащил Эверил к темному лазу в сырой туннель.

Прошло какое-то время, и они выбрались наружу, но уже по другую сторону крепостных стен. Эверил заметила в отдалении пару лошадей, безропотно ждавших хозяина. Несмотря на усталость, она по-прежнему сопротивлялась, изматывая себя и своего похитителя.

Подойдя к одной из лошадей, незнакомец проверил поклажу. Заметив свою сумку, Эверил очень удивилась. Где он ее раздобыл?..

Мошенник скинул с себя монашеское облачение. На нем была одежда, позволявшая сливаться с ночью, – черная туника и такого же цвета рейтузы. Он оказался выше и шире в плечах, чем Эверил думала.

Забравшись на темно-серую лошадь, мужчина легко приподнял пленницу и усадил ее перед собой. Оглянувшись на крепость, такую близкую и такую далекую, он угрюмо произнес:

– Покорить или умереть.

Пресвятая Дева, кого покорить? Неужели ее, Эверил?