Алек выпил содержимое бокала, и в комнате воцарилась тишина — такая же густая, как лондонский туман. Некоторое время все трое молча смотрели друг на друга.

Наконец Дрейкер подошел к столу с таким грозным видом, что мог бы соперничать с рычащими львами, вырезанными на ножках стола.

— Это какая-то глупая шутка, Айверсли? В нашей семье никаких скандальных слухов на этот счет не было!

— Возможно, об этом никто не знал, — вступил в разговор Берн. — Но я склонен ему поверить.

Дрейкер повернул голову в сторону Берна:

— Почему?

— А зачем бы новоиспеченному графу распространять на эту тему ложь?

Алек облегченно вздохнул.

— Садитесь, джентльмены. Налейте себе бренди и выслушайте меня. Уверен, вы не пожалеете об этом.

Берн снисходительно пожал плечами:

— Очень хорошо. Я готов выпить чего-нибудь крепкого.

Он щедро плеснул себе бренди в бокал, опустился в кресло и выпил все до дна. Поколебавшись секунду, Дрейкер последовал его примеру.

Пока что все шло неплохо. Алек сел на свое место и вновь наполнил бокал. Мужчины молча разглядывали друг друга, пытаясь отыскать сходство.

Трудно было поверить, что они братья. Широкогрудый и мускулистый Дрейкер унаследовал крепкое телосложение Ганноверов, но без излишней полноты их родителя. Нестриженые каштановые волосы, косматая борода и костюм из тусклой фланели выдавали в нем человека, который сторонится общества и игнорирует общепринятые в нем правила.

Сидевший рядом Берн, похоже, явился сюда прямо из клуба преуспевающих джентльменов. Едва ли Алек мог позволить себе такой же белый шелковый жилет и черные бриджи из флорентина; впрочем, если не считать рубиновой булавки в галстуке, наряд Берна не выглядел броским.

Остроумие, умение хорошо играть в карты снискали ему известность в самых широких кругах. Его знали все, начиная от герцога Девоншира и заканчивая самым скромным официантом в клубе «Уайте».