— Спасибо вам… что вы… были здесь. Я… боялась… что они… заметят меня.

— Я так и подумал, что вы прячетесь от них. Это было очень разумно. Но вот то, что вы отправились сюда одна, да еще ночью, разумным не назовешь.

— Я знаю… но лес так красив… я думала, что глупо… спать, — отвечала Гизела.

Ей показалось, что он улыбнулся, хотя в темноте она не могла этого видеть. Уже совсем стемнело, и его силуэт едва выделялся на фоне листвы.

— Кто вы? — спросил мужчина. — И что привело вас сюда?

— Я живу вместе с отцом в гостинице. Мы приехали только сегодня.

— И наверное, в Вене впервые.

— Почему вы так думаете?

— Потому что никому, кто знаком с этим городом и характером его жителей, не пришло бы в голову разгуливать здесь одному, тем более ночью.

Гизела вздохнула:

— Это было… очень глупо с моей стороны.

— Очень! И больше вам не следует этого делать!

В его голосе чувствовалось участие, и это заставило Гизелу с изумлением посмотреть на незнакомца.

Догадавшись, что она удивлена, незнакомец сказал:

— Устраивайтесь поудобнее. Подождем, пока эти ретивые молодые люди не уберутся подальше, а потом я отведу вас назад.

Гизела долго молчала, прежде чем ответить:

— Вы очень… добры.

Она не знала, как ей быть. Конечно, не следует разговаривать с незнакомыми мужчинами, но что ей еще остается? Разве что отправиться в гостиницу одной. Но об этом не может быть и речи, она и так уж слишком напугана.

Поколебавшись, Гизела выбралась из своего угла и присела на скамью. Незнакомец опустился рядом.

По его глубокому голосу Гизела решила, что он уже не юнец. В его движениях угадывалась гибкость и сила. Больше о нем ничего нельзя было сказать, было слишком темно.

Молчание затянулось, и Гизела начала волноваться:

— Мне надо вернуться… скорее… как только вы… решите, что это вполне безопасно.