Он был знаком с леди Евой. Несколько раз танцевал с ней в прошлом году во время Лондонского Сезона, и дважды был на приемах, на которых присутствовала она, однажды в Воксхолле и один раз в театре. Она была симпатичной, прелестной, очаровательной. Но он почти не замечал ее. Хотя в то время, он никого не замечал. Он все еще страдал по Анне-Марии.

Но пришло время снова начать жить. А также – время снова любить, на худой конец, женится, и стараться доставить удовольствие своей жене и себе. Время завести сыновей и дочерей. На следующий день рождения ему исполнится тридцать. И он хочет детей. Это было все, чего он когда-либо хотел — жена и дети в тиши своего собственного дома. И, конечно же, Анна-Мария.

Она была подопечной его отца, на девять лет младше Калеба. Он полюбил ее с того момента, как она переехала в их дом: худая, наивная восьмилетняя беспризорница. Да, Анна-Мария всегда была частью его мечтаний.

Но пришло время отложить старые мечты и жить снова.

Лорд Брэндон посмотрел в окно, его экипаж остановился почти в конце подъездной дорожки и съехал в сторону. Ребенок – маленький мальчик – шёл по другой стороне, подпрыгивая то на одной ноге, то на другой и приземляясь на обе. Он остановился около экипажа и с любопытством посмотрел наверх. Красивый темноволосый и темноглазый малыш. Виконт улыбнулся и протянул руку. Мальчик махнул рукой назад.

И тогда мужчина увидел, что ребенок не один. Леди шла на небольшом расстоянии от него, она была одета скромно, хотя и недешево. На ней был синий плащ и капор. Дама, тоже посмотрела вверх на карету и на краткий миг встретилась с виконтом взглядом, до того как он коснулся своей шляпы и экипаж проехал мимо нее. Красивая. Она красивая, подумал он.

Но экипаж уже завернул за английский парк, а из приоткрытых огромных двустворчатых дверей, венчавших мраморную лестницу в виде подковы, были видны лакеи в ливреях и сам герцог, идущий между ними спускался по ступеням.