– Но разве вы не хотите его унаследовать? – поинтересовалась Элинор.

– Нет, не хочу.

Мисс Рочдейл, чувствуя, что снова теряет силы, глотнула чаю.

– Очень странно! – только и смогла сказать она. Лорд Карлион подошел к столу и сел напротив нее.

– Да, это кажется странным, но, тем не менее, это правда. Дело в том, что в течение пяти долгих и трудных лет я был опекуном своего кузена, – Карлион замолчал на несколько секунд, и она увидела, как он поджал губы. Потом его светлость продолжил тем же спокойным голосом: – Ему пришлось внезапно прервать обучение в Итоне, и большинство его родственников винят в этом меня.

– Как же так? – удивилась Элинор.

– Понятия не имею. Все говорили, что если бы его отец не умер в то время, когда он был еще совсем ребенком, или если бы моя тетя назначила опекуном вместо меня кого-нибудь из своих зятьев, у Эустаза была бы совершенно другая жизнь.

– Да, вам вынесли суровый приговор! Но… извините меня… Разве не странно, что вас сделали его опекуном? Ведь вы, наверное, тогда сами были очень молоды!

– Мне было, как вам сейчас, двадцать шесть лет. Не так уж мало. Тетя, мать Эустаза, была старшей сестрой моей матери. Она унаследовала это имение от нашего деда. Мое собственное имение находится в семи милях отсюда. Между нашими семьями постоянно поддерживались родственные отношения. У меня самого много лет не было отца, и возможно, это обстоятельство и заставило меня преждевременно повзрослеть. В восемнадцать лет я оказался главой большой семьи, младшие члены которой были еще малыми детьми.

– О Господи, только не говорите мне, будто вам пришлось содержать в таком возрасте большую семью! – воскликнула мисс Рочдейл.

Карлион улыбнулся.

– Нет, конечно. Моя мать тогда еще была жива, но много болела. И вполне естественно, что они могли рассчитывать только на меня.

Девушка изумленно посмотрела на собеседника.

– Они?

– У меня три брата и три сестры, мадам.