– Но я не совсем понимаю, сэр! Если ваш кузен питает к вам острую неприязнь, как вы говорите, почему он сам не ищет себе жену? Неужели он хочет, чтобы вы унаследовали его поместье?

– Нет, конечно. Но никакие доводы не могли убедить кузена, что у него очень слабое здоровье. Эустаз считает, все еще впереди, и не хочет пока обременять себя семьей.

– Но как же вы тогда собираетесь уговорить его жениться на незнакомой женщине, которую, насколько я поняла, ищете по объявлению в газете? Это же противоречит здравому смыслу!

– Я пообещал Эустазу оплатить его долги, если он согласится.

Девушка бросила на знатного собеседника проницательный взгляд.

– Но ему придется как-то содержать жену. Или вы решили взять это на себя и позаботиться о судьбе этой несчастной женщины, сэр?

– Конечно, – невозмутимо ответил Карлион. – Я и не скрываю, что это замужество – чистая формальность, да и никогда не попросил бы ни одну женщину жить с моим кузеном.

Элинор нахмурилась и слегка покраснела.

– И вы рассчитываете добиться своего, сэр? – спросила она. – Простите, но мне кажется, вы не все продумали. Разве для того, чтобы имущество вашего кузена после его смерти не перешло к вам, у него не должно быть детей?

– Нет, наличие детей несущественно. Хайнунс был оставлен на совершенно нелепых условиях. Мой кузен унаследовал его от нашего деда через свою мать, но дед был недоволен ее браком с Лайонелом Чевиотом и сделал все, чтобы Хайнунс не достался отцу Эустаза или его семье. С этой целью он завещал имение своему внуку, но с одним условием: если Эустаз умрет холостым, имение перейдет к его младшей дочери или ее старшему сыну, то есть ко мне.