Жирный оранжевый кот с одним глазом, бродивший по вымощенному булыжником монастырскому дворику, неожиданно подпрыгнул и уселся прямо на тяжелые деревянные башмаки, стоявшие с краю грядок. Устроившись поудобнее, он зевнул и потянулся всем телом, продемонстрировав острые изогнутые когти, которые, впрочем, через мгновение снова укрылись в мягких подушечках лап. Лизнув для порядка правую лапку, кот подогнул ее под себя, после чего отворотил свое единственное око от мутноватого солнечного диска и сосредоточил внимание на сером, в коричневую крапинку ястребе-тетеревятнике, сидевшем на ручке, сплетенной из ивовых прутьев корзины.

Некоторое время птица и животное не двигались, настороженно поглядывая друг на друга.

– Вот оно! – внезапно раздался пронзительный вопль Клио. – То самое!

Отломив зеленый побег с какого-то растения, она уселась на корточки прямо посреди грядок и вытянула руку, чтобы как следует рассмотреть добычу. Еще не просохшая от выпавшей утром росы земля холодила босые ноги девушки, а крохотные капельки воды, блестевшие на стеблях и листьях растений, основательно напитали влагой грубую домотканую материю, из которой было сшито ее платье.

– А может, и не оно... – произнесла Клио после продолжительного молчания, опуская руку с зажатым в ней стебельком себе на колени.

Девушка основательно призадумалась. Ей неожиданно пришло в голову, что объяснениям сестры Эмис следовало внимать с большим прилежанием. Кто теперь скажет наверняка, то самое это растение или нет? Приглядевшись, можно было заметить, что листочки на побеге не имеют ярко выраженной формы сердечка, а их обратная сторона бледно-зеленая, а вовсе не изумрудная...

Прикусив нижнюю губку, Клио в который уже раз окинула взглядом крохотный садик, испытывая чувство досады и глубокого разочарования. Ни одно из здешних растений не имело листиков нужной формы, а стало быть, не могло рассматриваться как составная часть новейшего рецепта приготовления верескового эля!