Впрочем, что до Джулиана, то Лоуренс казался ему смешным в любом одеянии. Он всегда противопоставлял в своем сознании образы Лоуренса и сэра Уолдо. Вот и сейчас юный лорд Линдет обратил свой взгляд на глаза Уолдо. Они согрели его своим теплом, как согревали всегда. Сэр Уолдо являлся для Джулиана верхом совершенства, образцом джентльмена. Быть в его обществе означало большую честь для Джулиана. Старший кузен научил его сидеть в седле, управлять упряжкой, стрелять, ловить рыбу, а также боксировать. Это был вечный источник мудрости. И верное убежище в минуты стресса. Он научил его даже своему собственному способу завязывать накрахмаленные концы шейного платка. Нет, в этом способе не было ничего от витиеватости так называемых «математического» и «восточного» галстуков. Это был собственный элегантный стиль сэра Уолдо, ненавязчивый и вместе с тем утонченный.

Джулиан вспоминал о безуспешных попытках Лоуренса подражать Уолдо в одежде. Он все делал так же, как Уолдо, но эффект был противоположным. Бедняга никак не мог понять, что простые, облегающие тело костюмы, которые были так к лицу Уолдо, могут хорошо смотреться только на атлетически развитом мужчине. В конце концов Лоуренс бросил свои попытки и избрал напыщенный стиль, на который и был обречен: с подушечками, скрывавшими покатость плеч, и со всевозможными приспособлениями, скрывавшими узкую грудь.

Джулиан еще раз взглянул на Лоуренса. Он плотно сжимал губы и молчал, потому что знал, что Уолдо не одобрит, если он сейчас набросится на Лоуренса с возражениями. А Лоуренс тем временем от нытья по поводу несправедливостей судьбы по отношению к его персоне с каждой минутой становился в своих жалобах все более конкретным. Слушая его, можно было подумать, что Уолдо богат только за его счет, с раздражением думал Джулиан, что Уолдо всегда подло и низко обращался с ним.

Наконец терпение у юного лорда Линдета лопнуло. Он решил вступиться. Неважно, понравится это Уолдо или нет. Он просто не мог больше терпеть оскорблений в адрес своего кумира.