Копыта звонко стучат по твердой дороге, комки засохшей грязи взлетают высоко вверх. Всадники скачут к гордой крепости, возвышающейся у самого моря, испещренного солнечными бликами. Сегодняшняя охота была удачной. С перекинутых через потные конские крупы туш кабана и оленя падают на иссохшую от летней жары землю капли крови. Когда охотники въезжают в крепостные ворота, по двору замка разносятся радостные возгласы. Люди приветствуют возвращение господина.

Лорд Хоук, владетель Хоукфорта, спешивается и бросает поводья своего боевого коня помощнику конюха. Хоук — крупный мужчина, высокий, мускулистый, с твердыми чертами лица, с проницательными ярко-голубыми глазами и пружинистой походкой. Несмотря на усталость, он все же радуется тому, что охота отвлекла его от повседневных забот. Хоть ему и неприятно признавать, но в эти мгновения он ощущает необыкновенное душевное спокойствие еще и потому, что очередной день прошел без приезда невесты. Нежеланной невесты.

Лорд вздыхает и проводит рукой по густым волнистым каштановым волосам, ниспадающим на плечи. Естественно, человек его положения обязан жениться ради того, чтобы произвести на свет сыновей. Лорд понимает это и даже принимает сей довод. Однако Хоук предпочел бы взять в жены женщину по собственному выбору, а не безликую особу, посылаемую ему в залог мира и объединения норвежцев и саксов в противостоянии алчным датчанам.

По этой же причине сестра лорда прекрасная леди Кимбра вышла замуж за могущественного норвежского ярла

Хоук был бы вполне доволен, если бы ему удалось хотя бы терпеть свою невесту. Впрочем, для этого она должна сначала приехать в его владения, а она, по всей видимости, не особенно торопилась это сделать. Однако именно в этот день как будто наметился некоторый прогресс…

— Милорд…

Хоук обернулся и увидел управляющего. Тот спешил к хозяину, но приближался с опаской. Одно его плечо было слегка повернуто назад — управляющий был готов поспешно отступить, если хозяин будет не в духе. «Неужели люди так боятся меня?» — подумал Хоук, характер которого был отнюдь не легким, а в последнее время вообще сделался неуправляемым. Лорд подавил вздох, надеясь, что это не так. Подобная слабость духа задевала бы его гордость и чувство справедливости, которое он проповедовал.