— Это переходит всякие границы! — начала Дора. — Как будто недостаточно того, что мы вынуждены дожидаться, пока леди Криста сочтет нужным появиться в замке! Теперь нам предстоит принимать ее слуг.

Дора бросила через плечо угрожающий взгляд на приезжих и снова сосредоточила свое внимание на брате, который на секунду закрыл глаза, призывая самую мучительную из добродетелей — терпение.

Дора была старше Хоука на десять лет. По большому счету ей бы надлежало находиться в собственном имении, и так бы оно и было, но ее супруг принял опрометчивое решение и выступил против Альфреда Уэссекса, когда этот ученый и воитель решил объединить бриттов против датчан

Но не сейчас. Сегодня чаша ее терпения переполнилась, и Дора забыла об осторожности.

— О чем она думала, отправляя, сюда без предупреждения этих троих? — вопрошала она, упершись руками в тощие бедра и уставившись на брата горящими от возмущения глазами. — Не понимала, что создает для нас неудобства? Уж не вообразила ли она, что Хоукфорт обнищал? Что мы живем беднее, чем она на своем варварском севере?

С каждым вопросом Дора резко повышала голос и под конец перешла на крик. Хоук был выносливым мужчиной, однако и для него существовал предел допустимого. Его власть и благоразумие требовали, чтобы он положил конец такой распущенности.

— Придержи язык, Дора, мне твое поведение не нравится! Приготовь комнаты для гостей, да поторопись.

Сестра плюнула со злости, но ледяной холод в глазах Хоука и жесткое выражение его лица напомнили ей, хоть и с запозданием, о непреклонности, которую ее брат обычно не медлил проявлять.

Она все еще смотрела на Хоука, когда тот жестом подозвал к себе коротышку. Тот подошел, и лорд вгляделся в него повнимательнее. Парень был похож на тролля. Широкий в плечах, слегка сутулый, кривоногий, словно ему приходилось прятаться, пригнувшись, под мостами и выскакивать оттуда, пугая неосторожных путников. По блеску глаз, спрятанных под косматыми бровями, можно было бы предположить, что подобные шуточки незнакомцу не чужды.