Дни Роберта и Эми были заполнены удовольствиями. И во всех занятиях – были ли это охота, скачки или какие-то другие спортивные состязания – никто в Норфолке не мог сравниться с Робертом. Куда бы он ни направлялся, повсюду люди искали его улыбки. Норфолкские жители называли его «наш лорд Роберт».

А сам Роберт становился все сильнее и красивее и, надо сказать, с большим интересом занимался местными делами. Если его отец был величайшим человеком в Англии, то Роберт стал величайшим в Норфолке. И в целом графстве едва ли нашлась бы хоть одна женщина, которая не согласилась бы принадлежать ему по первому же его зову. Теперь это был великолепный двадцатилетний мужчина, как считалось, самый красивый в Норфолке, самый привлекательный в Англии, да и в целом мире, пожалуй, было бы не найти такого же, как он, забавного, веселого, полного обаяния и галантности человека.

Если бы не желание его отца, Роберт остался бы в деревне навеки. Время от времени приходили приглашения ко двору, и Роберт отправлялся туда вместе со слугами, тем временем как деревенский люд – в особенности женщины – с печалью наблюдали его отъезд. Они говорили, что без лорда Роберта в Норфолке скучно.

В Лондоне его всегда ожидал самый радушный прием. Мать плакала над ним от счастья, а братья и сестры радовались встрече с ним. Даже отец, у которого было мало времени для семейных дел, не оставался равнодушным к его обаянию и часто смотрел на него с чем-то вроде сожаления. Брак с Робсарт едва ли можно было считать удачным для самого яркого представителя могущественного семейства.

Однажды во время очередного приезда Роберта в Лондон отец отвел его в маленькую комнатку и с таинственным видом сообщил, что ему необходимо сказать сыну несколько слов наедине.