– Кейт! - воскликнула Мэри.

Кейт состроила гримаску. Она забыла, что ее мачеха слушала их разговор.

– Хорошо, хорошо, я извиняюсь.

– Но это правда, - быстро добавила она. - Я слышала, что он у него любовниц было больше, чем у меня было дней рождения.

Мэри долго смотрела на нее в течение нескольких секунд, как будто решая, сказать или промолчать, и затем, наконец, она произнесла:

– Это не для ваших ушей, но очень многие джентльмены содержат любовниц.

– Ох, - вспыхнула Кейт.

Ей не хотелось сильно противоречить Мэри, поэтому она решила поставить точку в этом споре.

– Тогда, у него их было в несколько раз больше, чем у любого другого джентльмена. Что бы там ни было, а он слишком неразборчив в знакомствах, чем большинство мужчин. И Эдвина не должна людям такого сорта позволять ухаживать за собой.

– А ты не забыла, что ты тоже проводишь сезон в Лондоне? - напомнила ей Мэри.

Кейт саркастически посмотрела на Мэри. Они все прекрасно знали, что, если бы виконт выбрал ухаживать за кем-нибудь из Шеффилдов, это была бы точно не Кейт.

– Я не думаю, что есть хоть что-то, что может изменить твое мнение, - сказала Эдвина, пожимая плечами и наклоняясь к Кейт, чтобы получше видеть газету.

– Фактически, она же не говорит только о нем. Это просто большая часть трактата на тему о распутниках.

– Хммпх, - произнесла Кэйт, это было ее любимое выражение презрения. - Я готова держать пари, что она права в том, что этот виконт не собирается жениться в этом году.

– Вы всегда думаете, что леди Уислдаун права, - пробормотала Мэри с улыбкой.

– Но так и есть, - ответила Кэйт. - Вы должны признать, для человека, который комментирует сплетни, она демонстрирует замечательный здравый смысл. Она была права в своей оценке всех тех людей, с которыми я уже успела встретиться в Лондоне.

– Ты должна иметь своё собственное мнение, Кейт, - сказала Мэри. - Это должно быть ниже твоего достоинства, чтобы судить о человеке по колонке светской сплетни.