– Едва ли. Однако лучше не искушать судьбу. Это не обычное индейское племя, у этих людей нет чести. Если бы шоуни договорились со мной об условиях игры, они бы наверняка их придерживались, а за здешних людишек сложно поручиться, по крайней мере я бы не стал.

– Позволь мне. – Линнет оторвала лоскут от нижней юбки и, окунув его в воду, стала обмывать рану. Перевязывая руку, она подняла глаза на Девона и только теперь заметила, что он смотрит на ее груди, так как завязанные узлом полы рубашки почти не прикрывали ее тело. Линнет инстинктивным движением запахнулась. Он отвел взгляд.

– Не беспокойся. Я пока еще не докатился до уровня Бешеного Медведя, хотя внешне, возможно, и похож на его соплеменников.

Она была рада, что он нарушил неловкое молчание.

– Ты действительно похож на них. Девон, только глаза у тебя другие. А когда ты спишь, тебя, наверное, вообще не отличить от индейца.

Он никак не мог привыкнуть к тому, что его называют по имени – Девон. Насколько он помнил, его сроду никто так не называл.

– Я приму это во внимание, когда буду устраиваться на ночлег. А теперь пора двигаться в путь. Интересно, сумеем ли мы до наступления темноты оторваться от них еще на несколько миль.

Он подошел к лошади и, вытащив из сумы несколько кусков вяленого мяса, протянул Линнет.

– Индейцы прозвали тебя Маленькой Пташкой. Это прозвище тебе в самый раз. Я уверен, твои косточки ненамного больше птичьих.

– Маленькая Пташка, – повторила она весело, словно он пошутил.

– То, что тебе дали прозвище, – большая честь, – пояснил он, сажая ее на лошадь. – Пленников им жалуют нечасто. – Он опять обхватил ее руками и взялся за поводья. – А вообще-то как тебя зовут?

– Линнет. Ты едва ли поверишь, но в Англии так называют коноплянок.

– Ты хочешь сказать…

– Ну да, это и в самом деле маленькая птичка.

Девон расхохотался. Смех его был таким глубоким и звучным, что Линнет спиной чувствовала, как он отдавался в его груди.