Линнет спустилась по лестнице, поддерживая длинную ночную рубашку.

Агнес протянула ей платье.

– Как я и думала, в груди его придется немного отпустить. Ты пока присядь и перекуси, а я сделаю несколько швов. Я скоренько.

Линнет принялась за кукурузные лепешки с медом и бекон, а Агнес колдовала над платьем из набивного ситца.

– Ну вот и готово. Давай-ка посмотрим, что получилось. – Она помогла Линнет надеть платье и улыбнулась. – Думаю, Мак сильно удивится, когда увидит, кого он с собой привез.

– Неужели я так сильно изменилась?

– Золотко мое, кукла, сделанная из дегтя, смоляной голыш – и тот выглядит не таким безобразным и черным в сравнении с тем, что мне пришлось увидеть вчера вечером. Дай-ка я тебя причешу.

– Агнес, у тебя и так из-за меня столько хлопот.

Позволь мне хоть чем-то тебе помочь. И спасибо тебе огромное.

– Ты уж вчера целый вечер благодарила меня. У меня никогда не было дочери, поэтому эти, как ты говоришь, хлопоты мне только в радость. – Агнес отступила назад, любуясь своей работой.

Тяжелые локоны Линнет каскадом ниспадали ей на спину – темное золото перемежалось с более светлыми прядями, кое-где отливавшими рыжиной. Густые темные ресницы над большими необычного цвета глазами – от них невозможно было оторваться, каждый наверняка захотел бы понять, какого все же они цвета, эти огромные глаза…

Агнес любовалась женственной стройной фигуркой Линнет, плотно прилегающее платье так ловко ее облегало.

– Теперь тебе наверняка придется дать Коринн отступного.

– А кто такая Коринн?

– Это старшая из дочерей Старков. Она еще с двенадцати лет приударяет за Маком, и теперь, когда она уже почти его изловила, вдруг появляется некая особа вроде тебя.