— Что ты собираешься делать? — спросил Ригби, когда она подошла к нему.

— Мне нужны деньги, — прямо заявила София. — В каком кармане вы носите кошелек?

И в тот момент, когда Ригби рванулся вперед, она поняла, что недооценила его силу и переоценила свое умение завязывать узлы. Шнур развязался, и работорговец вскочил на ноги.

София не стала дожидаться, пока он освободит руки от рубашки, и ринулась из комнаты, уже не думая ни о чемодане, ни о деньгах, а только о том, как бы ускользнуть от разъяренного мужчины.

Она распахнула дверь и побежала к лестнице, преследуемая Ригби. Он схватил ее за рукав, и рукав затрещал.

— Ах ты, сучка! — проревел Ригби. — Теперь не уйдешь! Теперь я вызову городскую стражу. Тебя посадят за нападение и грабеж!

Софии оставалось молиться, чтобы случилось чудо, и оно случилось. Рукав оторвался, и Ригби, потеряв равновесие, загремел вниз по лестнице. София побежала вслед за ним и, схватив вазу, стоявшую у лестницы, обрушила ее на голову Ригби, который начал было подниматься.

Она не стала дожидаться, чтобы увидеть, упал он или нет, и, распахнув входную дверь, выбежала в ночь. Но, видно, у сэра Оскара была крепкая голова, потому что она слышала, как он топает за ней.

И София побежала. Побежала так, как не бегала никогда. Где-то сзади слышался топот. Сэр Оскар! Кто же еще?

Грудь ломило, ноги подкашивались, но она все бежала, не позволяя себе поддаваться усталости. Всю жизнь ей приказывали, что делать. Ей говорили, с кем она должна встречаться, кому отдать предпочтение, хотя ей нравился совсем другой. Теперь она сама отвечала за себя и сама решала, что делать.

Позади слышались голоса. Наверное, сэр Оскар нашел стражу. Если она не придумает, где спрятаться, ее бросят в тюрьму, и тогда уже помочь ей будет некому. София остановилась, чтобы перевести дух. Она бежала так долго, что не имела ни малейшего понятия, где оказалась.