– Английская девка, – засмеялся один из мужчин и, грубо схватив ее за руку, потянул к себе.

Ее передернуло от его мерзкого дыхания.

– Не красотка, но, по крайней мере, мяконькая.

Молодая женщина закусила губу, чтобы не закричать – ребенок не должен услышать, как ей страшно.

Леди Монтиф знала, какая участь ждет женщин, захваченных пиратами. Дама благородных кровей, из семьи, которая поколениями служила королевской династии, она также знала, что ей следует делать. У нее не было другого выхода.

Как только пират бросил ее в протянутые руки другого, она вытащила из кармана кинжал и с силой вонзила его себе в грудь.

Пираты в ужасе отпрянули. Они видели разную смерть сотни раз и были к ней равнодушны, но то, что хрупкая англичанка покончит с собой, чтобы избежать бесчестья, было для них непостижимо. При виде крови, льющейся из корсажа ее бледно-розового платья, они ошеломленно отшатнулись. Высокий темноволосый человек выступил вперед. Встав на колени, он дотронулся пальцем до слабо пульсирующей жилки у нее на шее. Довольно долго он смотрел на нее, затем поднялся и произнес:

– Рана смертельна. Она вот-вот отдаст Богу душу. – Манера говорить выдавала в нем образованного человека. – Бони! – Он повернулся к сморщенному матросу с худенькими, как у мальчишки, руками и ногами. Сквозь ткань полосатой рубашки можно было пересчитать его ребра. – Убери этих людей и положи ее на что-нибудь – она заслужила достойную смерть.

– Есть, капитан.

Хилый матрос вытолкал остальных из каюты, затем вышел сам и через минуту, шаркая ногами, вернулся со сложенным одеялом. Он нагнулся над женщиной и, оцепенев, отпрянул.

– Она уже в руках смерти, капитан.

– Заверни ее. И пусть море станет ее могилой.

Костлявый человечек завернул тело в одеяло и, пошатываясь под его тяжестью, вынес на палубу.

Капитан пиратского судна нетерпеливо ходил по каюте, затем уселся за стол и открыл корабельный журнал.