Беатрис в отчаяньи воздела руки.

– Все и так прекрасно знают, чьих это рук дело! Этот дикарь – брат Осман-бея, тот самый, который возомнил, что сможет свергнуть султана!

– Но мы не можем этого доказать.

– А доказательства и не нужны. Даже газеты пишут, что он добывает средства для борьбы с режимом, грабя иностранных путешественников и продавая в рабство похищенных женщин! И именно эта участь ждет дочь моего покойного брата, если ты немедленно что-нибудь не предпримешь!

– Если это действительно брат Османа, то он должен быть приличным человеком! – осторожно произнес Джеймс. – Не думаю, что он обидит Эми.

– Я уверена в том же: слишком уж ценное она сокровище – он не захочет повредить его! Она будет гораздо дороже стоить целой и невредимой, правда ведь? – Беатрис в отчаянье закрыла лицо руками.

– Успокойся, дорогая!

– Спокойствия на нас двоих вполне хватает у тебя! Меня поражает то, что ты был гораздо сильнее расстроен, когда исчезла Сара. Неужели это потому, что она твоя родственница, а Эми – моя?

– Не говори чепухи, Беатрис! Я прекрасно понимаю, что повод для волнений весьма и весьма значителен! Но оттого, что мы оба выйдем из себя, ничего не изменится к лучшему. Утром, как только откроется посольство, я буду там, и обещаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы вернуть Эми!

– Странно! Джеймс, неужели ты так ничего и не понял из того, что я пыталась тебе объяснить? Посольство тебе не поможет! Ты ничему не научился десять лет назад, когда пропала Сара? Дипломаты не в состоянии повлиять на мятежников, которые заняты тем, что собирают средства для борьбы с властью.

– Так что же ты предлагаешь? – устало поинтересовался Джеймс.

– Свяжись с тем единственным человеком, который может вступить с ними в переговоры.

– И что же это за человек?

– Калид-шах.

ГЛАВА 2

– Мама, почему султана Соединенных Штатов называют президентом? – спросил Тарик, поднимая взгляд от книги. Огромные темно-карие глаза мальчика, так похожие на глаза отца, светились искренним любопытством.