Малик поднял руку, давая своим людям знак приготовиться. В одно мгновение он оказался верхом на своем коне, подняв шарф так, чтобы он закрыл половину лица. Над черным шелком блестели лишь огромные темно-карие глаза, оттененные густыми бровями и ресницами – такими же черными, как и волосы. Юноша был необычайно красив – это преимущество он мог бы с успехом использовать в романтических приключениях, если бы они представляли для него хоть малейший интерес. Но единственной целью Малика была свобода его Родины.

Он жил ради революции.

Поезд с шипением выпускал пар, подходя к станции. Малик занял позицию во главе вооруженного отряда всадников. Подняв руку, он внимательно наблюдал за тем, что происходит внизу. Когда ситуация показалась ему подходящей, он резко взмахнул рукой, и бандиты помчались вниз по склону, поднимая за собой тучи пыли.

Пассажиры с тревогой смотрели на всадников, внезапно появившихся неизвестно откуда и теперь со всех сторон окруживших поезд. Машинист попытался резко затормозить, но налетчики оказались в вагонах раньше, чем поезд остановился. Они соскочили со своих верных коней, а те спокойно бежали еще немного, а потом останавливались, дожидаясь хозяев.

Малик ничего не предпринимал до тех пор, пока не увидел двоих повстанцев, которым было поручено схватить машиниста и заставить его остановить состав, а потом через заднюю дверь попасть в вагон. Он не обратил ни малейшего внимания на крики женщин и направил пистолет на первого же человека, оказавшегося перед ним. Тот сразу же поник и медленно опустился на пол, широко раскрыв полные ужаса глаза. Его толстушка-жена стояла рядом и в ужасе заламывала руки.

Малик схватил пустой мешок, висевший у него на поясе, и сунул его в лицо своему незадачливому сопернику.

– Отдавайте все деньги и драгоценности, и тогда никто не пострадает, – по-английски обратился он к паре, имевшей явно европейскую внешность. Испуганные пассажиры молча подчинились, и мешок начал постепенно тяжелеть.