Вдруг совершенно неожиданно из холла до него донесся звук, который он меньше всего ожидал услышать. Это был смех; смеялись мужчина и женщина.

Оказавшись между смертью и тьмой, с одной стороны, и этими звонкими радостными человеческими голосами – с другой, Алекс никак не мог понять, с чем именно он предпочел бы в данный момент столкнуться. Он догадался, что смех, который только что прозвучал, принадлежал Закери, хотя не видел своего брата вот уже семнадцать лет.

Сзади послышались шаги. Алекс повернулся и лицом к лицу встретился со своим прошлым. Перед ним стоял человек с глазами темного меда. Он узнал эти необычные глаза, но это было все, что осталось от его маленького брата. Высокий, загорелый мужчина с орлиным носом и светлыми бровями вразлет с удивлением смотрел на него. Боже мой, какая ирония природы! Зак оказался копией их отца!

– Ты не предупредил своего дворецкого о том, что ждешь меня? – негромко проговорил Алекс, желая как-то нарушить повисшее в комнате напряженное молчание.

– Я не был уверен, что ты приедешь, – ответил Закери ровным, лишенным всяких эмоций тоном, полностью соответствующим выражению его лица.

– Я же предупредил, что приеду, а я не из тех, кто дает пустые обещания. – Алекс изо всех сил старался говорить спокойно.

И вдруг – а может быть, Алексу это только показалось – на мгновение он заметил в глазах Закери отражение своих собственных мук. Но, скорее всего, ему это только привиделось, потому что эти необычные глаза были сейчас словно завесой закрыты от проникновения во внутренний мир их владельца. Выражение этих печальных глаз казалось ему каким-то отрешенным, что опять живо напомнило отца.

– Какая прекрасная собака!

Оторвавшись от крутящихся хороводом в голове мыслей, Алекс вспомнил об услышанном ранее женском смехе и, повернувшись, увидел стройную девушку, без всякого жеманства стоящую на коленях возле Шедоу. Не в пример большинству женщин ее круга, эта не чувствовала отвращения к запаху мокрой собачьей шерсти. Наоборот, одной рукой она обнимала перепачканную дворнягу, а другой чесала пса за ухом. Шедоу выглядел совершенно покоренным.