Степан отметил, что мебель в доме дорогая. На столе, уставленном фарфоровыми тарелками, чашками, блюдцами и хрустальными бокалами, лежала тонкая льняная скатерть, а в центре стола помещался французский канделябр из позолоченной бронзы. На одной стене висело зеркало над камином, на другой – полка из песчаника. В углу стояли французские доспехи, а рядом буфет.

За открытыми стеклянными створчатыми дверями располагалась семейная гостиная. Удобные на вид диваны, кушетка и обюссонский ковер дополняли светло-голубые стены и большое зеркало в белой раме.

Сестры Фламбо не терпят лишений из-за отсутствия отца, решил Степан. Безымянный аристократ был весьма щедр, обеспечив дочерей материально.

– Я могу тебе помочь, – говорила в это время Рейвен, самая младшая из сестер. Александр Боулд взъерошил ей волосы.

– Слушай, девочка, убийства раскрывают при помощи расследований, а не фокусов-покусов.

Фэнси протянула Степану бокал с вином.

– Александр работает с констеблем Амадеусом Блэком. Вы о нем слышали?

– Весь Лондон знает этого констебля. – Степан посмотрел на Александра: – Наверное, вы скоро арестуете убийцу «с лепестками роз»?

Александр покачал головой.

– Он охотится на певиц, танцовщиц и актрис. Разумеется, только на красивых.

– Это может быть и она, – предположила Рейвен, заставив остальных улыбнуться. – Она может завидовать красоте, которой лишена. Разве не это называется мотивом?

– Обычно женщины не убивают столь хладнокровно, – объяснил ей Александр. – Хороший следователь сначала исключает возможное, а потом обращает свое внимание на вероятное.

– А как он их убивает? – спросила Фэнси.

– Этого мы еще не выяснили, – ответил Александр. – Но после убийства он рассекает им щеку.

– А откуда вы знаете, что разрезы сделаны посмертно? – спросил Степан.

– Когда человек умирает, кровь у него сворачивается, – пояснил Александр. – Разрезы на лицах бескровны.