Отсюда, где деревья не могли скрыть вид, вся долина была перед ним как на ладони — живописная, несмотря на дымившие трубы завода и черневшие вдалеке терриконы. Лунный свет мерцал на водной глади реки, которая оказалась шире, чем ему представлялось раньше. И домишки, тянувшиеся длинной извилистой линией по отлогому склону холма, сейчас спали, словно прижавшись к могучей и надежной груди, — лишь в нескольких окнах горел уютный свет. По-видимому, его рабочие рано ложатся спать. Впрочем, не так уж и рано, подумал Алекс, время близится к полуночи.

Конечно, и ему пора возвращаться. Правда, ночной воздух так приятен и свеж, что не хотелось бы отказываться от этих редких, драгоценных минут, когда можно побыть наедине с собой. Если пройти чуть дальше, размышлял он, то откроется совсем другой вид на долину. Быть может, ему даже удастся увидеть за деревьями замок. Его архитектура превосходна — множество башен и башенок, высокие узкие окна. Сегодня, впервые увидев его, он был приятно удивлен. Несмотря на множество украшений, замок не выглядел вульгарно. Он удивительно вписывается в окружающий пейзаж.

Алекс и сам не понял, когда его слух уловил какой-то гул. Это не было ни шорохом ветра, ни стрекотом цикад, ни журчанием реки. Собственно, поначалу его просто что-то встревожило, а потом он уже понял, что это звуки. Но по мере того, как он продолжал свой путь, он все отчетливее слышал гул. Это оказались людские голоса. Глухое бормотание множества голосов.

Алекс остановился, прислушиваясь. Откуда они доносятся? Из долины? Но окна домов темны, а завод, хотя там и может сейчас трудиться ночная смена, слишком далеко отсюда. Значит, из шахты? Нет, звук доносился откуда-то со стороны холмов.

Осторожно, чтобы его не услышали, Алекс двинулся дальше, уже не сомневаясь в том, что люди где-то рядом. Вскоре он отчетливо различил голос одного человека, который перекрывал все остальные, заставляя их затихнуть. Этот человек говорил на незнакомом Алексу языке — по-видимому, валлийском.