В этом вся беда: Рита Линдси уверена, что никакие правила и ограничения ее не касаются. В свои шестнадцать она стала настоящим дьявольским отродьем, и если Линдси не спохватится, быть беде. Правда, Джейка это не касается. И присматривать за ней он не обязан, но Джон так слаб и все еще прикован к постели после недавней тяжелой болезни. Хотя это единственный способ удержать хозяина ранчо от чрезмерных усилий. И без того все свободные от работы ковбои отправились на поиски девчонки. И уж лучше бы она попалась в руки кому-нибудь из них, потому что, видит Бог, он, Джейк, немедленно перекинет ее через колено и задаст трепку! Как она смеет выкидывать подобные штучки, зная о постоянных набегах индейцев-апачей!

Прищурив янтарные глаза, в которых отражались яркие солнечные лучи, Джейк внимательно изучал горы, зубчатые вершины которых впивались в голубую чашу неба, как черные ведьмины зубы. Ни малейшего движения. Где она?!

— Черт, она просто исчезла, Джейк, — пробормотал утром Линдси, пытаясь натянуть рубашку. — Не знаю, что нашло на девочку! Взбесилась — и только потому, что я не позволил ей поехать в город на танцы с какой-то белой швалью, бродягой…

— Я найду ее, Джон. Оставайся здесь и помоги моим людям отобрать туши для отправки в форт. Рита скорее всего поймет, что ее разыскивают, и живо прокрадется обратно. А ты, будь добр, пожалей нас и возьмись за розгу, обещаешь?

Джон Линдси, широко ухмыляясь, с облегчением пожал плечами.

— Мне следовало бы давно этим заняться. Она совсем отбилась от рук.

По мнению Джейка, это было слабо сказано!

Вглядываясь в овраги и заросшие низкими кустами склоны, Джейк вспомнил, как его домоправительница Конча говорила, будто любимым убежищем Риты была старая хижина в каньоне Мимбрес.

— Она говорит, что готова часами сидеть там и думать о своем, но, по-моему, просто встречается там со своим возлюбленным Мэттом Пеньей, сеньор Джейк. Он плохой человек, но она слушать ничего не желает…