— Неужели ваши люди мало навредили нашей семье? — В ее голосе послышались нотки нарастающего отчаяния. — Я была достаточно наивной в прошлом, чтобы поверить россказням о ваших благородных намерениях. Но теперь я знаю об этом лучше. Возвращайтесь к Лавинии и скажите, что я сделаю все, чтобы защитить брата от ее происков! Скажите ей…

Снова раздался надрывный вопль, за которым последовали еще и еще, полностью лишившие противницу Хелли остатков былой уверенности.

— Уйдите, — едва выдохнула молодая женщина. Казалось, она вот-вот заплачет, и, против своей воли, Хелли почувствовала к ней жалость и желание ее успокоить.

— Я с удовольствием передала бы Лавинии ваше послание, если бы была с ней знакома. Но я всего неделю в этом городе и мало кого знаю. Однако я уверена, что не встречалась ни с кем, у кого было бы такое имя. Судя по тому, что вы о ней говорите, у нас с ней вряд ли много общего.

Слова Хелли вовсе не успокоили хозяйку.

Еще один вопль нарушил тишину, и обе женщины чуть не подскочили от неожиданности при сопроводившем его звуке бьющегося стекла. По щекам незнакомки покатились слезы, и она пыталась смахнуть их кулачком. Ребячливый жест совсем не вязался с ее потугами казаться взрослой. Неясные звуки спора наверху, казалось, взволновали ее еще больше, а когда он вдруг закончился громким хлопком двери, она крепко схватила Хелли за руку и потащила ее к выходу.

— Послушайте, мисс! — Хелли нетерпеливо вырвала руку. — Вы ставите меня в неравное положение. На вашей стороне преимущество — вам известно мое имя, тогда как я нахожусь в полном неведении, кто вы.

Резкий хохот заставил женщин прервать обмен сердитыми взглядами и перевести их на высокого темноволосого мужчину, который медленно спускался по лестнице.