Хелли разочарованно вздохнула и отбросила спутавшиеся волосы с лица, но преуспела лишь в том, что при этом потеряла свои шпильки. «Отлично! Теперь ты выглядишь, словно портовая девка после ссоры в кабаке».

Ну что ж, теперь этого уже не исправить. Она слишком много вытерпела, чтобы сейчас отступить. Обозвав себя круглой дурой, Хелли попыталась поднять волосы вверх и сложить их в некую бесформенную копну, закрепив остатками шпилек.

«Во всем виноват мистер Джейк Парриш, — думала Хелли, без успеха пытаясь счистить пятна со своей юбки. — И если его оскорбит мой внешний вид, что ж, это будет очень плохо!» С этой обжигающей ее мыслью она рванулась через густую листву, твердо намереваясь добиться назначенной встречи.

— Ты не звонить колокольчик! — воскликнул слуга-китайчонок.

Хелли уставилась на человечка, выбитая из колеи его неожиданной грубостью.

Стоявший в дверях, словно страж в цитадели, китайчонок пронизывал посетительницу угрожающим взглядом.

— Как ты войти, если ты не звонить колокольчик?

— Извините.

Если бы Хелли не оторопела от столь непривычного приветствия, она бы, вероятно, рассмеялась. Очень уж не вязались негодующие взгляды и устрашающий тон с маленьким китайчонком, который был по крайней мере на голову ниже ее.

В очередной раз удостоив ее долгим строгим взглядом, слуга закатил глаза к небу:

— Колокольчик делать динь-динь. Человек приходить и открывать ворота. Все очень просто.

Он говорил с гостьей почти оскорбительно, словно обращался к маленькой глупой девочке или полной идиотке.

По мере того как до нее доходил смысл его слов, Хелли краснела от замешательства. Конечно же, там был колокольчик, И как же она не сообразила?

— Что ты хотеть?

— Я пришла навестить мистера Парриша. Если вы…

— Нет навестить мистер Джейк! Его никто не навещать. — С этими словами китайченок попытался закрыть дверь, явно считая вопрос печатанным. — Теперь ты уходить!