– Сестра…

Белл обернулась и увидела Блисс, которая шла к ней через луг.

– Почему Фэнси держит в секрете имя герцога? – спросила Блисс, и голос ее дрогнул от гнева.

– О каком герцоге ты говоришь?

Блисс закатила глаза.

– О нашем отце, разумеется. Знать бы, какими компаниями он владеет, было бы легче решать проблему с инвестициями. – Она махнула в сторону дома. – Герцог содержит нас по высшему классу. Зачем же нашей компании доводить его до разорения? Что, если он выдвинет встречный иск? Тогда «Семь голубок» потерпят крах, и мы будем жить в богадельне.

Белл положила руку сестре на плечо:

– Успокойся.

Блисс вздохнула:

– Думаешь, от твоего прикосновения мне станет легче?

Белл ответила ей неопределенной улыбкой.

– Фэнси никогда не простит отца. Она, как самая старшая, хорошо помнит, как он к ней относился.

– Ты моложе Фэнси всего на год, – произнесла Блисс. – Неужели ничего не помнишь?

– Когда я вспоминаю отца, – ответила Белл, – перед глазами у меня высокий темноволосый джентльмен, который держит на коленях Фэнси.

– А тебя он никогда не держал на коленях?

– Сначала я была слишком мала, чтобы сажать меня на колени. – Белл с притворным равнодушием пожала плечами, не желая выдать свою обиду. – А когда появились вы с Блейз, я стала для этого слишком стара. Мужчина может держать только по одному ребенку в каждой руке.

– Да, родиться между первым ребенком и целым выводком близнецов не самая большая удача, – сказала Блисс. – Все время живешь с ощущением, что ты лишняя. Никому не нужна.

– Мне было вполне достаточно внимания няни Смадж. – Белл достала из корзинки, висевшей на руке, прямоугольный золоченый ящичек. – Если тебе так уж хочется, ищи герцога с инициалами М.К. и гербом с головой кабана.