Мысль, что она явится сюда, в дом, куда ездят исключительно ради того, чтобы на свободе предаться довольно рискованным развлечениям, да еще одна, без строгой дуэньи, казалась ему дикой.

— С кем вы тут? — не утерпев, спросил он, дав волю снедавшему его любопытству. — А где же ваш брат? Странно! Помнится, прежде он следовал за вами по пятам точно тень.

Полный откровенного ехидства взгляд Джоселин устремился к двери, через которую пару минут назад незаметно выскользнула Лили Кранли.

— Он вон там, за углом, — невозмутимо сообщила она. — Полагаю, вы не заметили его, поскольку ваши мысли были заняты одной печально известной вдовушкой. — Джоселин смерила его презрительным взглядом. — Похоже, некоторые люди с годами не меняются — вероятно, вы принадлежите к их числу. Доброго вечера, Девон, и до свидания.

— А вы, значит, изменились, да? — бросил уязвленный ее холодностью Девон.

— Представьте себе, — с неожиданной искренностью ответила она. — Сказать по правде, мне приятно думать, что я уже не столь наивна и лучше разбираюсь в людях, чем пару лет назад. Во всяком случае, теперь мне и в голову не придет приглашать к обеду, кого ни попадя. И я не так охотно прощаю тех, кто имел глупость пренебрегать мной, как в прежние времена. Вы ведь именно это имели в виду? — небрежно бросила она.

— Полагаю, я этот упрек заслужил, — удрученно пробормотал Девон, изобразив на лице непритворное раскаяние.

С губ Джоселин сорвался негромкий смешок.

— Это не единственное, чего вы заслуживаете, — несколько двусмысленно бросила она.

— Как вы жестоки!

— Неужели? А, по-моему, я чересчур добра к вам. Сказать по правде, я до сих пор не понимаю, как можно причинить женщине такую боль, как вы в свое время причинили мне.

Девон покачал головой.