Однако подошел к столбам ближе, замечаю первую странность: очень уж прочно сети к ним при­креплены. Мало того, что гвоздиками приколочены, так ещё канатами к особым колышкам привязаны. Неужели тут ветер такой сильный, что боятся рыбаки, как бы не унес их добро? Осматриваю местность внимательней и вижу вторую стран­ность: далековато рыбаки свои сети повесили — километрах в двух-трёх от моря. Сети большие, тяжелые, нелегко будет тащить их к воде. Да и лодок поблизости не видать, это тоже удивительно. Где рыбаки, там лодки быть должны. А тут ничего, хоть бы в насмешку ялик какой-нибудь вверх днищем лежал...

Около столбов грузовичок стоит, люди работают. Сети об­сохли, значит, сейчас их снимать будут. Придется повозиться рыбакам, гвоздики обратно выколачивать, канаты от колышков отвязывать. Но нет, явно не тем люди заняты. Залезли на ле­сенки, ещё прочней прикрепляют сети. Взяло меня любопыт­ство, спрашиваю, что они у столбов делают.

— Рыбу готовимся ло­вить, сельдь или треску. Снасть в порядок приводим.

— А зачем сети крепите? Их снимать надо, а вы наобо­рот поступаете...

— Снимать? Первый раз о таком слышим... У нас сети на берегу стоят всегда, мы их перед ловом со столбов не снимаем...

— Да вы что, шутите? Разве сельдь или треску на суше ловят?

— А почему бы не ло­вить, если, скажем, лодок нет? Все наше снаряжение — вот эти столбы, сети да ещё грузовик, а раньше вместо него телеги были. Мы такого обычая не знаем, чтобы за рыбой в море ходить, нам это без надобности. Наша рыба сама на берег приходит.

— Да как же рыба сюда придет? Сети здесь, а море вон где!

— Не так уж далеко до моря, всего километра два с поло­виной. Что для рыбы такое расстояние? Сущий пустяк!

— Хорош пустяк! Что ж ей, посуху к сетям добираться?