Мысли ее резко вернулись к настоящему, когда она пронеслась в танце мимо стоявшего в сторонке Адама Милбэнка. Адам с удивлением смотрел на них. Что должен был он подумать? Спина Эммы напряглась, движения стали неловкими, а Николай продолжал, вальсируя, вести ее через залу. Если бы только она могла броситься к Адаму и объяснить ему происходящее!

– Должно быть, твой друг наблюдает за нами, - проговорил Николай.

Эмма подивилась его проницательности.

– К несчастью, да

– Привкус ревности не вредит любви.

– Полагаю, вам это хорошо известно. Вы здесь нашли дорогу не в одну постель, не так ли?

По лицу Николая было видно, как забавляет его язвительный тон Эммы.

– Рыжик, ты когда-нибудь научишься придерживать свой язык?

– Вас оскорбляет моя манера выражаться?

– Нет.

– Иногда я пытаюсь быть вежливой и сдержанной. Но это длится не более получаса, а потом я снова возвращаюсь к старым привычкам. - Эмма нетерпеливо извернулась в его объятиях, чтобы взглянуть на музыкантов, разместившихся в увитом цветами алькове. - Неужели этот вальс заканчивается? Мне казалось, он длится целую вечность.

– Разве ты не получаешь удовольствия от танца? - спросил Николай, ловя ритм после пропущенного ею шага.

– Только не когда на нас смотрит столько людей. Может быть, вам это не в диковинку, но я начинаю от этого нервничать.

– В таком случае я прекращу твою пытку. - Отведя Эмму в сторону, он выпустил ее из объятий. Затем галантным жестом поднес к губам ее пальцы. - Благодарю вас за танец, кузина. Желаю, чтобы вам повезло с вашим другом.

– О, в везении я не нуждаюсь, - самоуверенно отозвалась Эмма.

– Как знать. - Николай поклонился и широкими шагами отошел от нее.

"Никакие силы в мире ей не помогут, - размышлял он. - Никогда она не будет принадлежать другому мужчине". С самого начала их знакомства он понял, что она предназначена судьбой ему и только ему. И уже скоро, очень скоро он будет ею обладать.