Она начала посещать магазин еще девочкой, и, когда входила туда в отделанной мехом шапочке, с меховой муфтой, ее голова была еще на одном уровне с отполированными прилавками красного дерева.

Беатрис помнила, как шла вниз, через узкие проходы, и что ее сопровождала мама. Девочка видела самодовольных, но в то же время почтительных продавцов, одетых в черное, напомаженную голову администратора, который оправдывал свое предназначение, впечатляющую позолоту комнатушки, где производились денежные расчеты и откуда папа наблюдал за своей империей.

Эти экскурсии всегда были для нее опьяняющими, потому что они придавали Беатрис чувство собственной важности, чего ей не хватало в другой части ее жизни. Дома ее считали несмышленым ребенком, который под стол пешком ходит. Она слушалась матери – энергичной женщины, или смиренно покорялась распоряжениям гувернантки. Ее считали простым и вялым ребенком, и никто никогда не пытался узнать, что она чувствовала на самом деле.

Но в папином магазине, который так впечатляюще вырос из маленькой галантереи и который она должна унаследовать от своего отца, она была мисс Беатрис, «крон-принцесса», с тех пор как у постоянно разочарованного папы так и не появился «крон-принц».

Не считая того, что Беатрис была удовлетворена лестью персонала, она целиком наслаждалась магазином. Она входила в него, как в пещеру Аладдина, околдовавшую ее.

Целый каскад кружев и французских лент, огромные веера из страусовых перьев, шляпы, украшенные цветами, похожими на пышную растительность вечно цветущего сада, духи во флаконах граненого стекла, ряды элегантных ботинок с блестящими пуговицами, кружевные и гофрированные оборки на нижних юбках и дамских сорочках, прозрачная холодящая материя в индийских комнатах, не говоря уже о богатых атласах, парче и бархате… Все это оставляло яркое впечатление у ребенка и вызывало страстное стремление к красоте.