Казалось счастьем, что мама заложила фундамент будущего Беатрис. Когда девочке исполнилось пятнадцать лет, ее пригласили в один из знатных домов в Хисе, в Овертон Хауз, небольшой, но прелестный особняк времен королевы Анны, построенный капитаном Руфусом Овертоном (он отправился искать счастья в китайские моря и торговал там) и впоследствии перешедший к его потомкам. Все они сделали блестящую карьеру в армии и на флоте.

Беатрис по дороге из школы домой часто останавливалась у ворот Овертон Хауза и замедляла шаги перед белой полоской карниза на фронтоне дома и перед теплыми, красного кирпича стенами.

Она видела дочь владельца дома – Каролину Овертон, прелестную, изысканную, невероятно высокомерную, быстро удаляющуюся домой в экипаже или пешком в сопровождении слуги. И Беатрис чувствовала себя, как бедняки с Бейсвотер Роуд, прижимавшие носы к витринам папиного магазина в тщетной надежде рассмотреть, что там внутри. Каролина хотя и была одноклассницей Беатрис, но едва удостаивала ее разговором. Конечно, Каролина была чистой воды снобом, а Беатрис принадлежала к «презренному» классу торговцев.

На самом деле Беатрис не старалась что-нибудь узнать о Каролине, но Овертон Хауз притягивал ее помимо воли. Эти рдеющие вдали теплым и нежным огнем ряды деревьев… Она чувствовала красоту и гармонию аллей, чего никогда не понимали ни ее мать, ни отец. Этот оригинальный дом, такой прочный и состоятельный, вызывал у нее подавленное настроение, так как из своего детства она ничего не помнила, кроме темных стен и вечно спущенных занавесок от солнечного света, – какая-то светобоязнь. Эти воспоминания отягощали ей душу.

Яркость цветов и несомненное богатство в отделах магазина «Боннингтон» давали ей ощущение удовлетворенности, но там было все на продажу, а сокровища Овертон Хауза казались долговременными. Если бы только можно было войти внутрь дома, думала она, как она окунулась бы в благотворное сияние дома!