Путь до городских ворот занял не меньше сорока минут. Ветер всячески пытался им помешать, щедро засыпая глаза песком и галькой. Казалось, этим ветром руководит какой-то злобный дух. Наконец, Пегги умудрилась пройти под широкой аркой ворот. Девочка была в жутком состоянии: руки изрезаны, колени трясутся… Однако отдыхать было некогда.

Готовая вот-вот рухнуть от усталости, Пегги прошла вслед за Изи по лабиринту мелких улочек и оказалась на небольшой поляне, посреди которой стоял шатер из кожи, покрытой какими-то странными знаками и символами.

– Ну вот и мой дом, – со вздохом объявила юная колдунья. – Нельзя терять ни минуты. Если твои друзья как можно скорее не обретут свой обычный вид, они навсегда останутся такими, как сейчас. Статую пса можно будет хотя бы поставить в саду, она будет отлично смотреться на фоне фиалок, а вот Себастьян окажется совсем бесполезным.

С этими словами Изи бросила какие-то сушеные травки в закопченный котел, висевший над очагом.

Пегги осторожно опустила синего пса на землю и внимательно его осмотрела, чтобы убедиться, что у него нет ни сколов, ни царапин. Как ни странно, пес отлично пережил такой трудный путь. Он остался целым и невредимым.

Схватив черпак, Изи стала быстро помешивать вонючую жидкость в котле. Потом она налила половину снадобья в банку с Себастьяном, остальное плеснула на статую синего пса.

– Надеюсь, мы все же успели, – взволнованно прошептала колдунья.

К счастью, странное зелье тут же подействовало. Банка взорвалась, туман вылетел из нее и постепенно сгустился. Через пару минут в нем уже можно было узнать очертания Себастьяна. А стеклянная статуя быстро покрылась синей шерстью и завиляла хвостом.

Пегги бросилась обнимать пса и Себастьяна.

– Как хорошо, что вы снова со мной! – пробормотала она и объяснила друзьям, что произошло.

– А ну-ка иди сюда, – сказала Изи и подвела девочку к очагу. – Гляди, у тебя все руки изрезаны, и из ран сочится кровь. Я натру раны специальным бальзамом – вот увидишь, они затянутся за несколько минут!