Лицо ее вспыхнуло таким жарким румянцем, что Элис была уверена: если бы кто-нибудь поднес к ее щекам сухую щепку, она бы воспламенилась.

– Нет, – ответила она хмуро. – Пока я не встретила вас, я не имела привычки общаться с людьми, которые заставляли меня сердиться.

Лукас запрокинул голову и снова звонко рассмеялся. Это был чудесный смех, низкий и заразительный, и Элис против воли почувствовала, как ее напряжение начало понемногу ослабевать.

– Я принес вам кофе, – произнес он. – Вчера я заметил, что у вас совсем ничего не осталось.

Ей еще раньше показалось, что в комнате пахнет чем-то очень вкусным.

– Вы хотите таким образом попросить у меня прощения?

– Нет. Просто я решил, что в моих интересах, чтобы мой адвокат чувствовал себя бодрым и полным сил. – Он налил ей чашку. – Судя по вашему виду, немного кофе вам не помешает.

– Сначала вы врываетесь в мою контору, а потом оскорбляете меня.

Любой другой на ее месте наверняка отказался бы от предложения. Элис, обдумывая свой выбор, колебалась. Аппетитно пахнущий кофе? Или ее гордость? Наконец она взяла у него чашку.

От одного аромата она едва не лишилась чувств. А первый глоток! Райское блаженство! Элис с трудом подавила вздох удовольствия, уже готовый сорваться с ее губ.

– Знай я, что все окажется так просто, – заметил не без сарказма Лукас, – я бы принес вам кофе раньше.

Она взглянула на него поверх края чашки.

– Просто? Со мной?

– Нет, я подозреваю, что с вами никогда и ничего не бывает просто, – улыбнулся Лукас.

Она направилась к своему креслу.

– Верно, и попрошу вас об этом не забывать.

Однако он преградил ей путь, не давая пройти.

– Хватит словесных пикировок, – произнесла она. – Я рада, что вы пришли. У нас на сегодня много дел. После того как вы накануне покинули контору, я решила, что ваши чувства оскорблены, и я никогда больше вас не увижу.