– Если вам понадобится что-нибудь еще, дайте мне знать, – обратился к ней Лукас. – Мне пора возвращаться в «Найтингейл-Гейт».

Элис резко обернулась.

– Ах да, хорошо. Я непременно свяжусь с мисс Джеймс.

– Как вам будет угодно.

Он открыл дверь, но прежде, чем она захлопнулась за ним, Элис вдруг спросила у него:

– Скажите, вы когда-нибудь покупали вашей мисс Джеймс розы?

Лукас остановился и посмотрел на нее так, словно она лишилась рассудка.

– Розы?

– Да.

– Во-первых, она не моя мисс Джеймс. Во-вторых, я не люблю дарить женщинам цветы. Я предпочитаю в таких случаях драгоценности.

– Цветы обошлись бы вам намного дешевле и, возможно, привели бы к лучшим результатам.

Лукас рассмеялся. Его голубые глаза блестели, как те самые драгоценности, которые он предпочитал дарить.

– Я преподношу им подарки не ради результата, мисс Кендалл. Кроме того, – добавил он с видом мрачного торжества, – вы явно не общались с теми женщинами, которых знаю я.

– Да, разумеется, – согласилась она, не понимая, зачем вообще затеяла этот разговор. – Я сообщу вам, как только переговорю с мисс Джеймс.

– Хорошо.

Однако ему не удалось покинуть контору – как раз в эту минуту на пороге неожиданно появился Кларк.

– Кларк! – Ее удивление при виде помощника отца, смешанное с чувством вины из-за того, что она поцеловала Лукаса Хоторна, привело к тому, что ее приветствие вышло чересчур восторженным.

Лукас вскинул голову и слегка приподнял брови.

Сожалея о том, что не может не обращать на него внимания, но вместе с тем понимая, что вежливость требовала от нее представить их друг другу, Элис произнесла: